Введение. Самоповреждающее поведение представляет собой значимую проблему современного общества, зачастую проявляющуюся в юношеском возрасте. Данный период развития характеризуется интенсивным становлением личности, высокой эмоциональной лабильностью и множественными стрессорами такими как академическая нагрузка, сепарация от семьи, поиск идентичности, что создает почву для формирования дезадаптивных стратегий совладания, включая аутоагрессивные действия [8,9]. Распространенность самоповреждений среди молодежи, подтвержденная как зарубежными, так и отечественными исследованиями, свидетельствует о переходе этого феномена из разряда единичных случаев в устойчивую социально-психологическую тенденцию, требующую анализа [1,2].

Материалы и методы исследования. Исследование проводилось на базе Курского государственного медицинского университета ФГБОУ ВО КГМУ Минздрава России. Выборку составили 60 студентов 1-3 курсов в возрасте от 17 до 20 лет. Общая гендерная характеристика выборки: 48 женщин (80%) и 12 мужчин (20%). На основании данных, полученных с помощью «Шкалы причин самоповреждающего поведения» (Н.А. Польская), были сформированы две группы: экспериментальная (лица с опытом СПП, n=40) и контрольная (лица без опыта СПП, n=20).

В исследовании были использованы следующие методики: Шкала причин самоповреждающего поведения (Н.А. Польская); Опросник эмоциональной регуляции, ERQ (J. Gross; адаптация- А. А. Панкратова, Д. С. Корниенко); Торонтская алекситимическая шкала, TAS-20 (G. Taylor, J. Parker, R. Bagby; адаптация - Е. Г. Старостина и др.); Опросник образа собственного тела, ООСТ (О. А. Скугаревский, С. В. Сивуха).

Статистическая обработка данных проводилась с помощью пакета STATISTICA 8.0 StatSoft. Использовался U-критерий Манна-Уитни и критерий χ² Пирсона.

Результаты исследования и их обсуждение. Согласно результатам критерия U Манна–Уитни, между группами студентов, с наличием и отсутствием самоповреждающего поведения, выявлены статистически значимые различия по показателю подавление экспрессии (p = 0,0018). Среднее значение данного показателя у студентов, с наличием СПП (M = 14,725), выше по сравнению со студентами, с отсутствием СПП (M = 10,75). Это свидетельствует о том, что студенты с наличием СПП чаще склонны использовать подавление эмоциональной экспрессии как дисфункциональную стратегию регуляции эмоций, что проявляется в сдерживании внешних проявлений переживаний при сохранении или усилении внутреннего напряжения. Полученный результат указывает на тенденцию к интрапсихическому накоплению эмоционального дистресса и ограниченный доступ к адаптивным способам эмоционального реагирования у данной группы.

Рис.1 Подавление экспрессии в группах с наличием и отсутствием СПП.

При анализе уровня алекситимии и ее составляющих, с помощью критерия U Манна–Уитни было выявлено, что между группами студентов с наличием и отсутствием самоповреждающего поведения существуют статистически значимые различия по показателям общий уровень алекситимии (p = 0,00256), трудности идентификации чувств (p = 0,002152), трудности с описанием чувств (p = 0,001723). Полученные результаты позволяют сделать вывод о том, что студенты с наличием СПП характеризуются более выраженными трудностями в идентификации, описании и различении собственных эмоциональных состояний, а также имеют ограниченную способность к вербализации собственных чувств и эмоций, что может способствовать накоплению эмоционального напряжения и выбору неадаптивных способов его регуляции, таких как самоповреждающее поведение.

Рис.2 Общий уровень алекситимии в группах с наличием и отсутствием СПП.

Рис.3 Трудности идентификации чувств в группах с наличием и отсутствием СПП.

Рис.4 Трудности с описанием чувств в группах с наличием и отсутствием СПП.

По результатам критерия U Манна–Уитни, между группами студентов, с наличием и отсутствием самоповреждающего поведения, выявлены статистически значимые различия по показателю неудовлетворенность собственным телом (p = 0,002969). Следовательно, студенты с самоповреждающим поведением более негативно оценивают свое тело, что может проявляться в неприятии собственного тела и его искаженном восприятии. Полученные данные позволяют рассматривать неудовлетворенность собственным телом в качестве одного из факторов риска, способствующих развитию и закреплению самоповреждающего поведения, которое может выступать как способ наказания тела или выражения гнева, направленного на себя.

Рис.5 Неудовлетворенность собственным телом в группах с наличием и отсутствием СПП.

Проведённый корреляционный анализ позволил выявить ряд статистически значимых взаимосвязей между различными клинико-психологическими особенностями в группе с наличием самоповреждающего поведения.

Установлено, что подавление экспрессии продемонстрировало положительные взаимосвязи со всеми исследуемыми показателями. Наиболее сильная связь выявлена с трудностями описания чувств (r = 0,513; p = 0,0007), что указывает на то, что неспособность вербализовать эмоции тесно связана со склонностью сдерживать их внешнее проявление. Также обнаружены значимые связи с общим уровнем алекситимии (r = 0,490; p = 0,0013) и трудностями идентификации чувств (r = 0,421; p = 0,0068). Неудовлетворённость собственным телом умеренно коррелирует с подавлением экспрессии (r = 0,319; p = 0,0451), что позволяет предположить, что негативное отношение к телу может сопровождаться общей склонностью к сдерживанию эмоциональных реакций.

Между компонентами алекситимии и образом тела также выявлены взаимосвязи. Выявлена значимая связь общего уровня алекситимии с неудовлетворённостью собственным телом (r = 0,367; p = 0,0197). Трудности идентификации чувств и трудности описания чувств сильно коррелируют между собой (r = 0,714; p < 0,001) и оба этих компонента умеренно связаны с неудовлетворённостью собственным телом (r = 0,378, p = 0,0163 и r = 0,369, p = 0,0037 соответственно).

По выявленным взаимосвязям можно судить о том, что эмоциональная дисфункция, алекситимия и негативный образ своего тела взаимно усиливают друг друга. Студенты с выраженными трудностями в осознании и вербализации эмоций склонны к сдерживанию экспрессии и чаще испытывают неудовлетворённость телом.

Рис.6 Корреляционная плеяда для группы с наличием СПП

Проведённый корреляционный анализ по Спирмену в группе студентов без самоповреждающего поведения позволил выявить, что показатель подавления экспрессии демонстрирует лишь одну статистически значимую связь - с трудностями описания чувств (r = 0,519; p = 0,019). При этом его связи с общим уровнем алекситимии, трудностями идентификации чувств и неудовлетворённостью телом являются статистически незначимыми (p > 0,05). Это указывает на то, что в данной группе сдерживание эмоциональных проявлений связано преимущественно с вербальными трудностями, но не встроено в общую структуру эмоциональной дисфункции.

Общий уровень алекситимии, в свою очередь, показывает ожидаемую положительную связь с трудностями описания чувств (r = 0,677; p = 0,001), однако его связь с трудностями идентификации чувств носит лишь тенденционный характер (r = 0,416; p = 0,068), а корреляция с неудовлетворённостью телом отсутствует. Это позволяет предположить, что у студентов без СПП алекситимические черты могут проявляться изолированно, не формируя целостного дезадаптивного комплекса и не затрагивая сферу телесного восприятия.

Между компонентами алекситимии и образом тела значимых взаимосвязей не обнаружено. Корреляции между трудностями идентификации и описания чувств (r = 0,268; p = 0,254), а также между этими показателями и неудовлетворённостью телом, являются статистически незначимыми. Это свидетельствует о большей психологической разобщённости данных сфер.

Таким образом, в группе без самоповреждающего поведения наблюдаются локальные и слабые взаимосвязи между отдельными показателями, что контрастирует со структурой корреляций, выявленной в группе с наличием СПП. У студентов контрольной группы трудности эмоциональной сферы и негативный телесный образ существуют относительно изолированно, не усиливая друг друга и не образуя целостного дезадаптивного комплекса. Данный результат косвенно подтверждает гипотезу о том, что именно совокупность дисфункции эмоциональной регуляции, алекситимии и негативного образа своего тела создаёт психологическую уязвимость для формирования и поддержания самоповреждающего поведения.

Рис. 7 Корреляционная плеяда для группы с отсутствием СПП

Выводы. У студентов с опытом самоповреждающего поведения выявлены статистически значимо более высокие показатели алекситимии, что проявляется в трудностях идентификации и вербализации чувств. Также у этой группы обнаружены выраженные трудности в эмоциональной регуляции, а именно склонность к использованию дезадаптивной стратегии подавления эмоциональной экспрессии, и более негативное восприятие собственного тела по сравнению с контрольной группой. была выявлена специфическая структура взаимосвязей между изучаемыми переменными в группе с самоповреждающим поведением. Корреляционный анализ показал, что алекситимия, подавление экспрессии и неудовлетворенность телом образуют тесно взаимосвязанный и взаимоподкрепляющий дезадаптивный комплекс. Эта целостная структура, где трудности в осознании эмоций ведут к их сдерживанию и накоплению напряжения, а негативный телесный образ выступает как объект для его разрядки, является отличительной чертой группы с аутоагрессивным поведением, поскольку в контрольной группе подобные устойчивые связи отсутствовали.

Проведенный анализ позволил определить мишени психологического воздействия. Наиболее выраженные различия между группами и сильные взаимосвязи внутри экспериментальной группы были обнаружены в эмоциональной сфере. Подавление экспрессии как дисфункциональная стратегия регуляции и трудности с описанием чувств как основной симптом алекситимии выступают центральными предикторами психологической уязвимости к самоповреждению. В то же время, роль негативного образа тела, хотя и является статистически значимой, выглядит более опосредованной - он усиливает общий дистресс и предоставляет объект для агрессии, но его влияние наиболее разрушительно именно на фоне уже существующего дефицита эмоциональной регуляции.