Статья посвящена анализу конституционно‑правового аспекта военной безопасности Российской Федерации в условиях трансформации мирового порядка и усиления геополитического давления на Россию; в работе раскрываются виды военной безопасности, её структура и правовая основа, а также выявляются ключевые проблемы действующего законодательства в этой сфере.

Актуальность обусловлена нарастанием геополитических угроз и усилением давления коллективного Запада на Россию, формированием многополярной модели мироустройства и появлением новых видов конфликтов − гибридных, информационно‑психологических и других, − а также несовершенством правовой базы в сфере военной безопасности: пробелы, противоречия и фрагментарность нормативных актов снижают эффективность противодействия современным вызовам и угрожают суверенитету и территориальной целостности государства.

Цель исследования − проанализировать конституционно‑правовые основы военной безопасности РФ, раскрыть её виды и структуру, выявить проблемы правового регулирования в данной сфере и предложить направления совершенствования законодательства для повышения защищённости национальных интересов в современных геополитических условиях.

Используемые материалы и методы

В работе использованы нормативные правовые акты (КонституцияРФ, федеральные законы №390‑ФЗ «О безопасности», №61‑ФЗ «Об обороне», №76‑ФЗ «О статусе военнослужащих», Федеральный конституционный закон №1‑ФКЗ «О военном положении», Военная доктринаРФ, Стратегия национальной безопасностиРФ и другие), международные договоры (УставООН, Договор о коллективной безопасности), научные труды Н.В.Болгова, Д.А.Сулименко, А.И.Легошина и других исследователей, а также материалы официальной статистики и практики правоприменения. Исследование опирается на формально‑юридический метод (анализ норм права), сравнительно‑правовой (сопоставление нормативных актов), системный (рассмотрение военной безопасности как комплексной системы), исторический (изучение эволюции законодательства с 1990‑хгодов) и структурно‑функциональный (выявление функций и элементов системы военной безопасности) методы.

Результаты и обсуждение

На сегодняшний день нарастает экономическое соперничество держав, опирающееся на военную силу и воздействующее на развитие мировых цивилизаций в условиях глобализации, а на фоне проведения специальной военной операции на Украине усиливается давление коллективного Запада на Россию, при котором в политике западных государств создаётся образ России как врага демократических государств и всей западной цивилизации, что способствует развитию угроз национальной безопасности России в глобальном противостоянии мировых держав.

Анализ событий с начала XXI века показывает кардинальные изменения в мировом балансе сил и формирование новой модели мирового порядка вместо мироустройства XXвека, в рамках которой вместо двух центров силы появилась многополярная модель со множеством региональных центров (Китай, Турция, Иран, Франция, Германия, Индия, Япония и др.). Как отмечают Н. В. Болгов, Д. А. Сулименко, А. И. Легошин, повысился уровень самостоятельности перечисленных региональных центров, изменились правила мировой политики и возросло число региональных и локальных конфликтов, появились новые вызовы и опасности − мягкая сила, цветная революция, информационно‑психологическая, прокси‑ и гибридная война, пандемия и т.д., − обострились межрелигиозные, межнациональные, межэтнические и межцивилизационные противоречия, что создаёт конфликтообразующую основу, способную привести к серьёзному столкновению [2, с. 14].

В условиях вакуума «идеологического» противостояния мировые политические взаимоотношения наполняются противостоянием в иных формах, в частности цивилизационных, наблюдается рост национального и цивилизационного сознания в ряде регионов планеты, а цивилизационный фактор в мировых взаимодействиях ощущается всё более остро, взаимодействие западноевропейской и российской цивилизаций остаётся напряжённым и конфликтным, что выражается в продолжительной череде войн и в постоянном цивилизационном давлении на Россию со стороны Запада, усилившемся после мюнхенского доклада ПрезидентаРФВ. В. Путина

Для противодействия угрозам создана и совершенствуется система обеспечения национальной безопасности, включающая органы публичной власти и негосударственную субъектную часть (институты гражданского общества, общественные организации), а войска Национальной гвардииРФ, применяемые в соответствии с Федеральным законом «О войсках Национальной гвардии Российской Федерации» и положениями Военной доктрины, участвуют в обеспечении безопасности на всех этапах гибридной войны − от охраны важных объектов и борьбы с терроризмом до отражения агрессии, − на современном этапе развития взаимодействий западной и российской цивилизаций очевидна тенденция к их обострению и нарастанию угрозы агрессии со стороны коллективного Запада, что требует консолидации всех сил общества и активной государственной политики по предупреждению и выявлению негативных факторов, способных подорвать суверенитет и территориальную целостность государства [2, с. 15].

Определение понятия «военная безопасность» необходимо рассматривать во взаимосвязи с родовым понятием «безопасность», которое в философии трактуется как состояние сложных социальных систем, гарантирующее сохранение их целостности и устойчивого развития, в политологии − как состояние защищённости материального мира и человеческого общества от негативного воздействия, а в научной литературе зачастую отождествляется с отсутствием опасности, в нормативных правовых актах его смысл приобретает иное наполнение. Так, ЗаконРФ от5марта1992г. №2446‑I «О безопасности» подразумевал под безопасностью состояние защищённости жизненно важных интересов личности, общества и государства от внутренних и внешних угроз, тогда как Федеральный закон от28декабря2010г. №390‑ФЗ «О безопасности» охватил различные её виды и приравнял к понятию «национальная безопасность», определение которого закреплено в Стратегии национальной безопасностиРФ (утв.Указом ПрезидентаРФ от2июля2021г. №400) и подразумевает состояние защищённости, при котором обеспечиваются конституционные права и свободы граждан, достойные качество и уровень жизни, суверенитет, независимость, территориальная целостность и устойчивое развитие страны [3, с. 95-96].

Официальная дефиниция военной безопасностиРФ закреплена в Военной доктринеРФ (подп.«а»п.8, утв.ПрезидентомРФ25декабря2014г. №Пр‑2976) и определяет её как состояние защищённости жизненно важных интересов личности, общества и государства от внешних и внутренних военных угроз, связанных с применением военной силы или угрозой её применения, характеризуемое отсутствием угрозы либо способностью ей противостоять, военная безопасность выступает видом национальной безопасности с особым характером угроз, а её системообразующим элементом служит совокупность национальных интересов России в военной сфере, нуждающихся в защите − в независимости, суверенитете, территориальной целостности, предотвращении агрессии против России и её союзников, обеспечении условий для мирного развития государства [3, с. 96].

Структура военной безопасности включает объекты (интересы личности, общества и государства, подверженные военным опасностям и угрозам), субъекты (лица, институты, органы и организации, действующие в системе военной безопасности), предмет (цели, задачи и функции по предупреждению, пресечению и нейтрализации военных опасностей), а также методы и средства обеспечения, при этом она шире понятий обороноспособности как степени подготовленности государства к защите от агрессии и обороны как системы мер по подготовке к вооружённой защите территорииРФ, включая индивидуальную и коллективную самооборону, которая дляРФ реализуется на основе двусторонних международных договоров о взаимной помощи.

Понятие военной безопасности раскрывается через её виды, которые различаются по масштабу, субъектам и правовому регулированию.

Национальная военная безопасность представляет собой состояние защищённости жизненно важных интересов личности, общества и государства от внешних и внутренних военных угроз, закреплённое в Военной доктринеРФ (подп.«а»п.8, утв.ПрезидентомРФ25декабря2014г. №Пр‑2976), характеризуемое отсутствием угрозы либо способностью ей противостоять, и обеспечиваемое комплексом правовых норм, включая КонституциюРФ, федеральные законы и документы стратегического планирования, при этом её системообразующим элементом выступает совокупность национальных интересов России в военной сфере − в независимости, суверенитете, территориальной целостности, предотвращении агрессии против России и её союзников, обеспечении условий для мирного развития государства.

В свою очередь, оборонная безопасность, будучи тесно связанной с военной, определяется как система мер по подготовке к вооружённой защите и вооружённая защита территорииРФ, целостности и неприкосновенности её границ, закреплённая в ст.1 Федерального закона от31мая1996г. №61‑ФЗ «Об обороне», и включает как подготовку к отражению агрессии, так и непосредственное применение вооружённых сил, а также подразумевает централизованное, императивное правовое регулирование, основанное на субординации между субъектами и направленное на защиту интересов государства, что делает её составной частью военной безопасности, но с более узкой сферой действия, охватывающей прежде всего вопросы организации и функционирования Вооружённых Сил и иных воинских формирований [3, с. 100-102].

Коллективная военная безопасность, реализуемая на основе международных договоров и соглашений, в том числе в рамках Организации Договора о коллективной безопасности (ОДКБ), раскрывается через право государств оказывать взаимную помощь в случае вооружённого нападения, закреплённое в ст.4 Договора о коллективной безопасности (Ташкент, 15мая1992г.), согласно которому агрессия против одного из участников рассматривается как агрессия против всех, а оказание военной помощи осуществляется в порядке реализации права на коллективную оборону в соответствии со ст.51 Устава ООН, что предполагает особый порядок организационного оформления и нормативного регулирования, включая международные обязательства и двусторонние договоры, при этом для Российской Федерации типичной формой реализации права на коллективную оборону являются действия на основе двусторонних международных договоров о взаимной помощи, предварительно заключаемых государствами на случай вооружённого нападения.

Индивидуальная военная безопасность государства, понимаемая как право на самооборону в случае вооружённого нападения, закреплена в ст.51 УставаООН и предполагает ответные вооружённые действия государства для защиты или восстановления своей политической независимости и территориальной неприкосновенности, нарушенных другим государством путём вооружённого нападения, при этом меры, принятые в рамках реализации этого права, должны быть немедленно сообщены Совету БезопасностиООН, что обуславливает особую правовую природу данного вида безопасности − она сочетает в себе как внутригосударственное регулирование (в т.ч. нормы Законаобобороне), так и международно‑правовые обязательства, ограничивающие применение силы рамками самообороны и требующими соблюдения процедур уведомления.

Наконец, пограничная безопасность, хотя и не имеет отдельного нормативного определения, раскрывается в Стратегии национальной безопасностиРФ (п.48) как элемент национальной безопасности, обеспечиваемый путём развёртывания высокотехнологичных пограничных комплексов, повышения эффективности пограничной деятельности и межведомственного взаимодействия, при этом угрозы в пограничном пространстве (политические, экономические, военные и др.) прямо влияют на военную безопасность государства, что требует согласованного правового регулирования на основе федеральных законов, ведомственных актов и стратегических документов, определяющих задачи и полномочия органов пограничной службы, а также их взаимодействие с Вооружёнными Силами и другими структурами обеспечения безопасности [3, с. 102].

Таким образом, все виды военной безопасности − национальная, оборонная, коллективная, индивидуальная и пограничная − имеют общую правовую основу (КонституцияРФ, международные договоры, федеральные законы), единую цель (защищённость национальных интересов от военных угроз) и схожий метод регулирования (централизованный, императивный), но различаются по субъектам, объектам, нормативному закреплению и механизмам реализации, что позволяет рассматривать их как взаимосвязанные элементы единой системы военной безопасности государства.

Военная доктрина Российской Федерации, упомянутая выше как официальная дефиниция военной безопасности, утверждается Президентом России, что отнесено Конституцией РФ [1] к его компетенции, и направлена на создание норм, регламентирующих порядок охраны безопасности и территориальной целостности государства, а также на недопущение нарушения границ, её следует рассматривать как конституционно‑правовой аспект военной безопасности, при этом история принятия доктрины восходит к 1993году, когда был издан Указ ПрезидентаРФ №1833 «Об Основных положениях Военной доктрины Российской Федерации», за которым последовали иные акты − Указ от21апреля2000г. №706 и Указ от5февраля2010г. №146, закреплявшие основные положения Военной доктрины, что согласуется со ст.90 КонституцииРФ [1], наделяющей Президента правом издавать указы и распоряжения, не вступающие в коллизию с Конституцией и федеральными законами [4, с. 109].

При этом конституция Российской Федерации 1993года выступает нормативно‑правовой основой обеспечения национальной и военной безопасности Российской Федерации, а её особое место в истории постсоветской России подтверждается тем, что она достойно прошла проверку практикой на крутом историческом переломе в жизни страны, став крупным завоеванием в борьбе за право, потребовавшим усилий и жертв от нескольких поколений граждан [1].

Укрепление идейной основы легитимности КонституцииРФ в современных условиях связано с такими целями, как национальное возрождение, патриотизм, единое и сильное государство и режим конституционной законности, из буквы и духа текста российской Конституции прямо вытекает задача обеспечения национальной безопасности, без которой невозможно успешное развитие и само существование России как суверенного государства, а право должно играть в решении этой проблемы ведущую роль, причём военная безопасность является одной из приоритетных её составляющих [5, с. 36].

Хотя правовые аспекты национальной и военной безопасности стали объектом научного исследования относительно недавно и проблематика до конца не изучена, в 90‑егодыXXвека началось активное развитие теории и практики правовой основы обеспечения национальной безопасности: в 1992году был принят ЗаконРФ «О безопасности», заложивший основу формирования правовой базы системы обеспечения национальной безопасности, затем создан Совет БезопасностиРФ, в 1995году в Федеральном законе «Об информации, информатизации и защите информации» впервые использован термин «национальная безопасность», а в 1997году утверждена Концепция национальной безопасностиРФ, после чего принят значительный пакет нормативных правовых актов, регулирующих отношения в сфере национальной и военной безопасности, включая федеральные конституционные законы о режиме чрезвычайного и военного положения, законы о деятельности спецслужб и правоохранительных органов, о борьбе с терроризмом, экстремизмом и отмыванием доходов.

Национальная безопасность подразумевает триединую составляющую − безопасность личности, общества и государства, − это определение имеет нормативно‑правовое закрепление в Стратегии национальной безопасностиРФ до2020года как система стратегических приоритетов, целей и мер в области внутренней и внешней политики, определяющих состояние национальной безопасности и уровень устойчивого развития государства, а основы государственной политики в этой сфере формируются на основании КонституцииРФ (п.101), что увеличивает значение конституционно‑правовых основ обеспечения национальной и военной безопасности.

Хотя правовое регулирование вопросов безопасности осуществляется на основании более чем 100федеральных законов и 200указов ПрезидентаРФ, около 500постановлений ПравительстваРФ и других подзаконных актов, большинство из них носят фрагментарный характер и касаются частных угроз, при этом основополагающие направления нередко регулируются актами «второго уровня» − Военной доктриной, Доктриной информационной безопасности, Морской доктринойРФ, Концепцией внешней политики и другими документами, что выдвинуло задачу формулирования концептуальной основы национальной безопасности на базе действующей Конституции [5, с. 37-39].

Законодательство в сфере военной безопасности имеет особое значение, в то же время его регулирование вызывает ряд вопросов, в частности из‑за расхождения подходов к пониманию объёма понятия «законодательство»: так, статья5 Федерального закона от28декабря2010года №390‑ФЗ «О безопасности» включает в правовую основу обеспечения безопасности законы и иные нормативные правовые акты РФ, субъектов РФ и органов местного самоуправления, тогда как пункт1статьи3 Федерального закона от31мая1996года №61‑ФЗ «Об обороне» относит к законодательству только акты федерального уровня, хотя при этом часть вопросов делегируется ПрезидентуРФ, ПравительствуРФ, органам власти субъектовРФ и органам местного самоуправления, что создаёт неопределённость в правореализации.

Применение различных подходов к определению объёма понятия «законодательство» усложняет правореализацию и вынуждает заинтересованных субъектов выяснять, какие акты включены в его состав, возникают практические коллизии − например, пункт27 Положения о проведении военных сборов распространяет статус военнослужащих на призванных на сборы граждан в порядке, предусмотренном законодательством в области обороны, а абзац2пункта2статьи2 Федерального закона от27мая1998года №76‑ФЗ «О статусе военнослужащих» допускает регулирование таких случаев иными нормативными правовыми актамиРФ, формально не входящими в состав законодательства об обороне, из‑за чего суды порой отказывались применять подзаконные акты, ссылаясь на их «непринадлежность» к законодательству, хотя юридически приоритет должен отдаваться акту большей юридической силы [6, с. 110].

Правотворческая деятельность органов публичной власти в сфере обеспечения военной безопасности далека от совершенства, она привела к ряду проблем: нормативные правовые акты не образуют единую, взаимоувязанную и иерархически выстроенную систему, при этом отсутствуют важные законы, например Федеральный закон «О вооружённых силах Российской Федерации»; понятийный аппарат противоречив, имеет пробелы и коллизии; положения законов не в полной мере отражают состояние военной безопасности и научно обоснованы; законодательная база нестабильна, подвержена частым изменениям и не соответствует уровню современных угроз; правовые нормы противоречивы, фрагментарны, допускают двоякое толкование, создаются с нарушением правил юридической техники и часто являются бланкетными, а также отличаются декларативностью.

Несовершенство федерального законодательства отражается на нижестоящих уровнях власти, возникают случаи превышения полномочий − например, глава администрации г.Красноперекопска наделил штаб территориальной обороны муниципального образования правом принятия обязательных актов для всех органов управления и организаций на территории, а также правом привлечения сил и средств для обеспечения режима военного положения, что фактически подменяет соответствующие субъекты [6, с. 111].

Поскольку в 2017году обнаружилось рассогласование между Федеральным законом «Об обороне» и Федеральным конституционным законом от30января2002года №1‑ФКЗ «О военном положении» в части организации территориальной обороны − так, законопроект о создании штабов территориальной обороны с введением военного положения выявил отсутствие в ФКЗ упоминаний о территориальной обороне, − закон был дополнен статьёй10.1, но при этом часть мероприятий по территориальной обороне совпадает с мерами обеспечения режима военного положения (охрана важных объектов, борьба с диверсионными формированиями, снабжение населения), а органы местного самоуправления, организующие штабы территориальной обороны, к субъектам обеспечения режима военного положения не отнесены, что порождает неясность в распределении функций и ответственности.

Также отсутствует комплексный законодательный подход к определению функций, полномочий и ответственности публичных органов в военное время, это чревато пересечением компетенции и спорами о ней, а неразбериха в вопросах компетенции и дублирование функций, присущие органам власти в прежние периоды вооружённой борьбы, могут иметь серьёзные последствия в случае агрессии или её угрозы, поэтому важно устранить недостатки правотворчества в мирное время, в том числе путём внесения изменений в часть2статьи6ФКЗ «О военном положении» с наделением органов местного самоуправления полномочиями по обеспечению режима военного положения и исключением части3 этой статьи, а также путём уточнения компетенции штабов территориальной обороны в соответствии с пунктами2,3пункта8 и пунктом10статьи22Федерального закона «Об обороне», чтобы они могли эффективно обеспечивать выполнение всех мероприятий по территориальной обороне на своей территории [6, с. 111].

Заключение

Таким образом, военная безопасность Российской Федерации в конституционно‑правовом аспекте выступает важнейшим элементом национальной безопасности и основывается на комплексе нормативных правовых актов − прежде всего КонституцииРФ 1993года, федеральных законов, международных договоров и документов стратегического планирования (включая Военную доктринуРФ, Стратегию национальной безопасностиРФ и др.), − при этом её системообразующим элементом служит совокупность национальных интересов России в военной сфере: суверенитет, независимость, территориальная целостность и предотвращение агрессии; хотя правовая база в этой области активно развивалась с 1990‑хгодов и включает более ста федеральных законов и сотни подзаконных актов, она по‑прежнему характеризуется фрагментарностью, противоречивостью и пробелами в понятийном аппарате, что порождает проблемы правореализации, рассогласованность нормативных положений и неопределённость в распределении полномочий органов власти, особенно в условиях нарастания глобальных и региональных угроз, обострения цивилизационного противостояния и усиления давления на Россию со стороны коллективного Запада, − поэтому дальнейшее совершенствование конституционно‑правовых основ военной безопасности, устранение имеющихся законодательных коллизий и формирование единой, иерархически выстроенной системы нормативных актов остаются ключевыми задачами для обеспечения защищённости жизненно важных интересов личности, общества и государства в современных геополитических условиях.