Чтобы углубиться в рассуждение о такой всеобъемлющей теме, будет не лишним затронуть этимологию слова «композитор». Одно из популярнейших объяснений данного понятия зиждется на том, что композитор – сочинитель музыки, отчего возникает следующий вопрос. Что мы считаем музыкой? В век новейших технологий, когда человеческий прогресс буквально пронизывает все сферы нашей жизни ежечасно, если не ежеминутно – восприятие давно известных нам понятий начало приобретать новые краски, которые, с одной стороны – более конструктивно и подробно его описывают, а с другой – всё более размывают рамки, которые, как нам казалось, наиболее полно и всеобъемлюще дарят понимание картины мира.

Скорее всего, среднестатистический обыватель воспримет музыку, как организованный во времени спектр звуковысотных и шумовых звуков, заключающий в себя определённую логику развития и концептуально-художественную идею (начиная от частушек, заканчивая симфониями). Другая группа людей, в частности композиторов, воспротивится такими «ограничивающими» условиями, заявив, что организация звуков вовсе необязательна, либо, что концепцию произведения дорабатывает (если не создаёт) исполнитель на свой вкус в процессе непосредственного исполнения.

Последующие в данной статье фрагменты диалогов молодых композиторов с исполнителями имели место быть на одном из композиторских семинаров в Санкт-Петербурге, участники и организаторы которого претендовали на ведущую роль в современном музыкальном искусстве:

- Какая у Вас драматургия?

- Ну есть снимки звёздного неба, я на них посмотрела и… не знаю;

- Я придумала партитуру, но даже не знаю, как это должно звучать

- А слушателям как быть?

- Нормально;

- Я могу играть кластерами[1]?

- Та ради бога!

- А когда мы должны остановиться?

- Когда закончите

- А когда это всё закончится?

Несколько комичная в некоторых фрагментах ситуация, на самом деле, в точности описывает современную тенденцию композиторского мышления. Отныне композитор – это человек, который упорядочивает не средства музыкальной выразительности в классическом их понимании, а компонует абстрактные средства, порой прямо не связанных с музыкальным искусством, не говоря уж о концептуально-художественной идее, которая зачастую была неотъемлемой частью композиторов прошлых эпох. Таким образом, отличить конечный продукт квалифицированного специалиста от потенциального человека, который лишь поручил музыкантам исполнить свою внемузыкальную концепцию порой кажется весьма затруднительным. Кажется, что никогда ранее композиция, как ремесленная профессия, не была так близка к массам. Но положителен ли такой расклад дел?

Размышляя о воздействии искусства, в частности музыки, на человека со времён Платона (в т.ч. его трактаты «Государство» и «Законы»), можно справедливо заметить, что её роль в античности имела подчас сакральное значение, начиная от гипнотического воздействия на поступки человека, заканчивая духовно-созидательным влиянием, располагая человека к труду или, напротив, восстанавливая его жизненные силы. Сам Платон рассматривал музыку как средство всестороннего и гармоничного формирования личности и морально-жизненную тренировку человека. Поразительно, что при столь ограниченном, в сравнении с сегодняшним днём, инструментарии в Античности – ставились предельно одухотворённые и общечеловеческие задачи. Однако при всём обилии средств уже в нашей эпохе – задачи часто не выходят за уровень технического воплощения индивидуальной концепции композитора, ясной лишь ему одному, а иногда даже не подразумевающуюся в его творческом продукте.

Поднявшись по нише Времени и вспомнив одну из эпох русской истории, когда Россия именовалась СССР – интересно будет заметить, что, несмотря на идеологизацию государства, исторические условия которой имеют многовекторный и сложный характер – продукты творчества его художников (в широком понимании) имеют более ценный, значимый общечеловеческий характер, чем те, что фигурируют в средствах массовой информации сегодня. Актуальность советской песни находит отклик у слушателей и по сей день, становясь с каждым годом всё более ценным продуктом искусства. Одной из причин жизни советской песни в наши дни является как раз идея, служащая заключительным звеном технического воплощения музыкального произведения. Главенство идеи данной эпохи пронизывает собой и продукты, далеко выходящие за рамки сферы искусства.

XXI век, как эпоха свободы самовыражения, конечно, не может диктовать свои условия существования тех или иных продуктов творчества, как это было раньше. Однако, вполне вероятно, что своеобразие этой эпохи состоит как раз в том, чтобы при ошеломляющей, бездонной свободе выбора – ограничить себя и, как парадоксально это ни прозвучит – освободить свой разум от влияния бесформенного хаоса, который в свою очередь, и ограничивает молодых художников, побуждая к бесконечному поиску технических решений, не находящих своё воплощение на более высоком, духовном уровне. Приведённые выше примеры доказывают, что искусство (в том числе музыка) имеет более глубокое влияние на человеческое сознание. Вероятно, по закону времени, в будущем ценность художника вновь будет продиктована тем, насколько глубоко его творчество созидательной материей впитается в своего зрителя или слушателя. И лишь те взойдут на вершину, кто, сквозь призму самопознания и корректной оценки времени, найдут путь к самым потаённым уголкам человеческой души.