Введение

Человечество долгое время полагалось на достижения современной медицины и массовую вакцинацию, обеспечивающую безопасность от ряда серьёзных инфекционных заболеваний. Такие инфекции, как корь, дифтерия и коклюш, казались навсегда преодолёнными благодаря успешной реализации национальных программ вакцинации. Однако в последние годы отмечается тревожная тенденция: постепенно возвращаются болезни, считавшиеся практически искоренёнными ещё в XX веке. Эпидемические волны кори, дифтерии и коклюша снова становятся угрозой здоровью населения. Этот процесс обусловлен рядом факторов, включая ухудшение качества прививочного покрытия, растущие сомнения в эффективности и безопасности вакцин, усиление миграции и снижение уровня коллективного иммунитета. Согласно исследованиям, проведенным ВОЗ и Центрами по контролю и профилактике заболеваний, несмотря на доступность эффективных вакцин, каждый год десятки миллионов людей подвергаются риску заражения инфекциями, предотвращаемыми вакцинацией. Сегодня тема возвращающихся инфекций приобретает особую важность ввиду следующих обстоятельств [8]:

· Резкое возрастание числа случаев заболеваний. Официальные данные свидетельствуют о существенном увеличении случаев кори, дифтерии и коклюша как в России, так и во всём мире, превышающих показатели предыдущих десятилетий.

· Последствия отказа от вакцинации. Современные общественные настроения приводят к появлению групп людей, сомневающихся в пользе прививок, что ведёт к образованию очагов незаражённого населения, потенциально уязвимых для инфекций.

· Экономические и социальные издержки. Масштабные эпидемии наносят значительный ущерб экономике, перегружают медицинские учреждения и вызывают стресс у населения.

· Изменение подходов к лечению и диагностике. Болезни, считавшиеся редкими и изученными, требуют адаптации современных диагностических методик и терапевтических стратегий.

Цель статьи: исследовать причины роста заболеваемости корью и коклюшем в условиях антипрививочных движений, проанализировать влияние дезинформации и снижения охвата вакцинацией на эпидемиологическую ситуацию, а также предложить комплекс мер по противодействию возвращению управляемых инфекций.

Материалы исследования: научная литература, публикации в периодических изданиях, Интернет-источники, статистические данные.

Методы исследования: классификация, обобщение, сравнительный анализ, сопоставление.

Корь– это высоко контагиозное острое вирусное заболевание, вызываемое вирусомMeasles morbillivirus. Оно характеризуется высокой степенью передачи и способно вызывать тяжёлые осложнения. До внедрения вакцинации корь была одной из ведущих причин смерти детей в мире. Корь передается исключительно воздушно-капельным путём при кашле, чихании или тесном контакте с человеком, находящемся в активной фазе заболевания. Восприимчивость к вирусу кори достигает практически 100%. Один больной заражает12-18 непривитых, что выше, чем у COVID-19! В последние полтора года эпидемиологическая обстановка по кори в мировом масштабе приобрела негативный характер. В 2023 годузарегистрированоболее 300 000 случаев кори –рост на79%по сравнению с 2022 годом [1]. Наибольшее количество заболевших отмечено в Юго-Восточной Азии (примерно 91 тысяча), Восточном Средиземноморье (свыше 90,8 тысячи случаев) и Африке (больше 73,3 тысячи случаев) [2]. Что касается прошлого года, в 2024 году сохранялась негативная динамика роста заболеваемости корью. Заболеваемость корью в Российской Федерации в 2024 г. составила 22455 случаев. Казахстан лидирует с количеством случаев кори – там зафиксировано 36 292 заболевших. Второе место занимает Азербайджан с числом заболевших 28 855 человек.

Проанализировав данные информационного бюллетеня № 42 ФБУН «Московский научно-исследовательский институт эпидемиологии и микробиологии им. Г.Н. Габричевского» Роспотребнадзора, можно отметить наиболее высокий показатель в Московском РЦ (8609 случаев) с следующим распределением [3]:

Специалисты подчеркивают, что подобная ситуация обусловлена значительным сокращением охвата вакцинацией в пандемийный период COVID-19, когда большое количество детей упустили возможность своевременно получить необходимые прививки против кори и других управляемых инфекций. Процесс восстановления нормального уровня вакцинации оказался замедленным в 2021-2022 гг., что и повлекло последующий рост заболеваемости. Статистические данные за 2024 год подтверждают указанные выводы: среди заболевших корью большую долю составили именно непривитые граждане – их насчитывалось 16 926 человек. Ещё 3181 случай пришлось на лиц с неопределённым прививочным статусом. Однако аналогичные процессы наблюдаются и в других государствах мира [15]. Как показывает анализ данных (см. Таблицу 1), ключевыми драйверами вспышек становятся три взаимосвязанных фактора: недостаточный охват вакцинацией, активность антипрививочных движений и миграционные процессы [3,5,15].

Таблица 1. Заболеваемость корью в различных странах (2019-2024 гг.): основные причины вспышек.

В свете сложившейся ситуации возникает потребность в переосмыслении существующих взглядов на профилактику инфекционных заболеваний и разработке новых механизмов защиты населения.

Коклюш – другое опасное инфекционное заболевание, медленно выходящее из забвения в условиях ослабления коллективного иммунитета. Подобно кори, данная инфекция приводит к тяжёлым осложнениям и становится угрозой для целых сообществ. Коклюш – острая бактериальная инфекция, вызываемаяBordetella pertussis, которая в XXI веке демонстрирует тревожный рост заболеваемости. Несмотря на десятилетия успешной вакцинопрофилактики (АКДС, Адасель),в 2020-2024 гг. зафиксированы вспышки в странах с ранее высоким охватом прививок. Актуальность проблемы подчеркивается: высокой контагиозностью – 1 больной заражает12-17 человек(выше, чем у гриппа и COVID-19), опасностью для младенцев –смертность среди непривитых детей до года достигает1%, экономическим ущербом – лечение одного тяжелого случая обходится в$20,000+(CDC, 2024). По данным ВОЗ, число случаев коклюша в мире стабильно увеличивается, несмотря на существующие программы массовой вакцинации. Наибольшее распространение инфекция получила в развивающихся странах Африки и Юго-Восточной Азии, где уровень охвата вакцинацией остается низким [1]. Главная причина возвращения–снижение коллективного иммунитетаиз-за антипрививочных настроений, миграции и мутаций возбудителя [5,6]. Снятие ограничений с 2023 года привело к новому подъему заболеваемости этими инфекциями в России и ряде других государств. Согласно источникам, 2023 год отметился резким скачком количества случаев коклюша в России: общее число заболевших составило 52 783 человека, что превысило показатели предыдущего года в пятнадцать раз. Этот уровень заболеваемости является рекордным с момента фиксации 74 463 случаев в 1993 году [14,3,5].

Детализируем региональные особенности ситуации [5]:

· Кабардино-Балкария: с января по июль 2024 года выявлено 63 случая заражения, в 2023 году за аналогичный период коклюш диагностировали у 26 человек.

· Архангельская область отметила существенный рост заболеваемости с 12 до 152 подтвержденных случаев коклюша за тот же временной промежуток.

· Республика Саха (Якутия) столкнулась с огромным приростом заболевших – с девяти до 472 человек.

· Удмуртия также сообщила о росте заболеваемости: за январь-июль 2024 года отмечено 386 случаев коклюша, большинство из которых дети до 14 лет.

· Ярославская область продемонстрировала положительную динамику снижения общего числа случаев, уменьшившись на 36% по сравнению с предыдущими показателями, несмотря на продолжающуюся активность инфекции.

Анализируя общую картину, специалисты отмечают резкое сокращение заболеваемости коклюшем к июлю 2024 года – примерно в семь раз меньше, чем в начале года. Вместе с тем подавляющее большинство (около 90%) пациентов составляют дети и подростки, причем взрослые также подвержены риску заражения. Уже в первом квартале 2025 года наблюдалось заметное уменьшение темпов распространения коклюша – уровень заболеваемости составил 0,28 случая на сто тысяч населения, что стало результатом улучшенного охвата прививками [3,5,6]. Глобальные тенденции, представленные Всемирной организацией здравоохранения (ВОЗ), указывают на значительные пробелы в вакцинации мирового масштаба. В частности, в 2023 году насчитывалось порядка 14,5 миллионов детей, вообще не прошедших вакцинацию [4]. Охват третьим компонентом АКДС составлял 84%, а первой дозой вакцины против кори – 83%, что заметно уступает уровню 2019 года (86%). Различия в уровнях охвата отмечены по регионам: так, европейский регион демонстрирует лучшие показатели с уровнем покрытия 86%, тогда как западно-тихоокеанский регион – существенно хуже, с показателем всего 26%. В некоторых странах (например, Нидерландах) высокая заболеваемость связана с локальными очагами в религиозных общинах, где охват вакцинации <50% [1,15]. Прогноз на 2025–2030 гг.: при сохранении текущих тенденций –рост заболеваемости в 2-3 раза. Эти цифры подчеркивают глобальную проблему распространения инфекции и важность международных усилий по контролю над заболеванием [4,15].

Отсутствие своевременных и полных прививок стало одной из ключевых причин повторного появления ряда серьезных инфекционных заболеваний, включая коклюш и корь. Современные научные исследования подтверждают прямую связь между ростом отказов от вакцинации и увеличением частоты заболеваний коклюшем, корью, дифтерией и другими управляемыми заболеваниями. Именно поэтому восстановление доверия к программам иммунизации и достижение высокого уровня покрытия прививками остаются приоритетными направлениями глобальной политики здравоохранения [10]. Рост заболеваемости объясняется рядом факторов:

1. Уменьшение уровня коллективного иммунитета: снижение численности привитых лиц ведет к росту восприимчивого контингента населения.

2. Отказ родителей от вакцинации детей: активное влияние социальных сетей и альтернативных источников информации способствует распространению ложных утверждений о вреде прививок.

3. Изменение свойств возбудителя: бактерии приобретают устойчивость к вакцинам предыдущего поколения, что требует обновления состава вакцин.

4. Низкий охват ревакцинациями: взрослые часто пренебрегают повторными дозами вакцины, создавая дополнительные риски заражения.

Социальные сети оказывают огромное влияние на восприятие обществом пользы и рисков вакцинации. Особенно активно антипрививочные идеи распространяются в русскоязычном сегменте интернета, где информация нередко публикуется без должной проверки фактов. Рассмотрим факторы, влияющие на формирование негативного отношения к вакцинам при помощи Таблицы 2.

Таблица 2. "Основные факторы распространения антипрививочных настроений"

Антивакцинаторство большинством ученых и медработников признается псевдонаучным направлением. Сторонники антирививочничества выдвигают различные доводы, среди которых теории заговоров фармацевтических компаний, утверждения об отсутствии доказанной эффективности вакцин, а также религиозные убеждения и личные предпочтения. Эти взгляды опровергаются научными доказательствами, подтверждающими безопасность и эффективность современных вакцин, однако продолжают оказывать значительное влияние на общественное мнение, снижая общий уровень вакцинации и способствуя возвращению ранее контролируемых инфекций.

Возвращение кори и коклюша – это не просто медицинская проблема, акомплексный социальный вызов.Для снижения риска дальнейшего распространения возвращающихся инфекций обходимы комплексные меры, влияющие на основные моменты антипрививочных движений и недостаточности вакцинации:

1. Вакцинная политика. Жёсткие меры: штрафы за отказот прививок (как в Австралии, Италии), запрет на посещение садов/школнепривитым детям (уже действует в РФ, но слабо контролируется) [9,8]. Новые вакцины: бесклеточные (аАКДС)– меньше побочных эффектов, бустеры для подростков и взрослых [6]. Активизация роли медицинских работников в консультировании родителей и общественности. Телефонное, выездное, онлайн и смс информирование о необходимости вакцинации и ревакцинации. Увеличение требований к вакцинации работников.

2. Борьба с дезинформацией. Блокировка антипрививочных каналов(Telegram, YouTube, TikTok) [12]. Внедрение автоматической пометки «Ложная информация» в соцсетях (по аналогии с COVID-19). Telegram и «ВКонтакте» могли бы скрывать такие посты или добавлять ссылки на опровержения (как делает Facebook) [13]. Штрафы за распространение лженаучных данных: введение административной ответственности (как вГерманиииФранции) [8], форма: штрафы от50 000 руб.для физлиц и500 000 руб.для СМИ. Продвижение научных источников [7,14]: в России: сайты Минздрава, Роспотребнадзора, «Прививка.ру», за рубежом: CDC, WHO, NHS (Великобритания). Поддержка блогеров, освещающих вакцинацию и ее важность: например, Telegram канал «ninavaccina». Подкасты с разбором мифов (при участии вирусологов). Создание и проверенных источников, приближенных к молодым родителям: официальные каналы и сообщества по водительству с обязательным компонентом обоснования важности вакцинации на «простом и молодом» языке. Обязательные образовательные курсы: для родителей, отказывающихся от прививок – лекции о вакцинах с тестированием (как вИталии).

3. Влияние на религиозный аспект: контроль вакцинации в религиозных общинах, привлечение священнослужителей к пропаганде важности вакцинации. Русская православная церковь последовательно выражала свою позицию относительно вопросов вакцинации, заявляя, что вакцинация соответствует христианским принципам заботы о здоровье человека и спасения жизни. Архипастыри РПЦ неоднократно подчёркивали, что движение против прививок носит характер сектантского мировоззрения и противоречит православной вере. Общество православных врачей солидарно поддерживает официальную позицию Церкви, открыто осуждая пропаганду идей антивакцинаторства и призывая население следовать рекомендациям квалифицированных медицинских специалистов [11,10].

4. Социальные и экономические стимулы: доплата к пособиям за полный курс вакцинации ребенка), льготы на ЖКХ, проезд или налоги для семей с привитыми детьми [9,6].

5. Геймификация вакцинации: Мобильное приложение с баллами за прививки (обмен на скидки в аптеках, поликлиниках).

6. Медицинские инициативы. Выездные бригады в ТЦ, школы, парки (опыт Москвы: +15% к охвату) [5]. Доплата медработникам за разъяснительную работу. Усиление эпиднадзора. Молекулярный мониторинг штаммов B. Pertussis [3]. Экспресс-тесты для ранней диагностики.

Для эффективной борьбы нуженкомплексный подход: жесткие меры против дезинформации, стимулыдля ответственных родителей, просвещениечерез доверенные источники (врачи, ученые). Пример успеха: вПортугалиитакие меры помогли достичь 98% охвата вакцинации [4].

Что же внедрить в РФ в первую очередь? Согласно исследованию психологических эффектов, Люди склонны менять поведение припрямой угрозе финансовых потерь. Пример: введение штрафов за отсутствие масок в 2020 году резко повысило их ношение. Опиты других стран также отмечает эффективность меры: Германия – штрафы до2 500 €за отказ от прививок снизили антивакцинную активность на40%за 2 года, Австралия – политика«No Jab, No Pay»(нет прививки – нет пособий) подняла охват вакцинации до95%. [8,9]

Следующей важной инициативой выступают образовательные программы – долгосрочное изменение сознания. Более 60%антипрививочных мифов в РФ распространяются черезTelegram и «ВКонтакте»(данные Роспотребнадзора, 2024) [7,13]. Люди верят лжеэкспертам, потому что не имеют доступа к простым и понятным научным данным. Почему это сработает в РФ? Доверие к госструктурам: если информацию будут давать официальные учреждения (Минздрав, РАН), ей поверят больше. Современные молодые родители часто опираются на «лидеров мнений» в социальных сетях и каналах. Опыт СССР: в советское время массовая санитарная пропаганда (плакаты, лекции) почти искоренила отказы от прививок. Почему именно сочетание «штрафы + образование»? Рассмотрим в Таблице 3.

Таблица 3. Сравнительная эффективность мер противодействия антипрививочным настроениям: временные перспективы влияния.

Таким образом, комбинация мер «штрафы + образование» дает как быстрый результат, так и меняет общественное мнениена поколение вперед. А также это дешевле, чем борьба с эпидемиями (лечение кори обходится в10 раз дорожепрофилактики). Если внедрить эти меры в 2025 году, к 2030-му можно добитьсяохвата вакцинации в 95%+(как в СССР).

Выводы или заключение. Анализируя представленные данные, можно сделать вывод, что возвращение инфекционных болезней, таких как коклюш и корь, является серьезной угрозой здоровью населения. Для предотвращения дальнейших эпидемий необходима комплексная стратегия борьбы с антивакционными настроениями, включающая образовательные мероприятия, обновление методов профилактики и контроль информационных потоков в Интернете. Только совместными усилиями государства, науки и общества возможно остановить возвращение опасных инфекций. Бездействие сегодня – эпидемии завтра.